| Столичные милиционеры ищут мужчину, который серьезно ранил выстрелом из ружья молодую женщину. Мотивом преступления стала ревность и месть за отвергнутую любовь. |
В настоящий момент 20-летняя пострадавшая Анна Я. в состоянии
средней тяжести находится в одной из московских клиник. Пуля прошла
через левую лопатку и задела легкое, пишет газета “Комсомольская правда”. Рядом с местом преступления оперативники обнаружили ружье, на котором злоумышленник оставил многочисленные отпечатки пальцев.
По данным начатого расследования, девушка вышла из квартиры своей
матери на улице Свободы и отправилась вдоль ограды детского садика на
работу. Но не успела Анна пройти и нескольких десятков метров, как к
ней со спины подбежал мужчина. Остановившись в паре метров от своей
жертвы он достал из чехла для зонтика гладкоствольное охотничье ружье и
выстрелил девушке в спину.
“Крови было просто ужас как много, – причитают соседки Анны,
выбежавшие на звук выстрела во двор. – Анечка стонала и просила вызвать
“скорую””.
Через 15 минут на место происшествия прибыли не только врачи, но и
милиционеры. Девушка периодически теряла сознание, но успела все-таки
рассказать сотрудникам органов главное -перед тем как упасть, она
увидела лицо стрелявшего. И даже смогла опознать его и назвать имя
преступника.
“Все данные стрелявшего в девушки нам известны, – рассказали пресс-службе столичного ГУВД. – Его уже ищут”.
Но на момент подписания номера в печать задержать мужчину не удалось –
по месту прописки он не появляется. Сейчас милиционеры допрашивают
общих знакомых Анны и нападавшего.
Знакомые Анны и очевидцы произошедшего уверены, что главной причиной
кровавой драмы стал любовный треугольник. Аня пару лет назад съехала из
квартиры родителей к своему другу.
С нападавшим мужчиной она познакомилась несколько месяцев назад. Тот
пытался ухаживать за ней, но девушка решительно пресекала все попытки.
“В общем, свела она парня с ума, – сочувственно вздыхают мужчины. –
Она как-то раз, когда шла в гости к родителям, раздраженно
разговаривала с кем-то по сотовому – мол, не надо меня преследовать
больше. Вот он и решил, видимо – не доставайся же ты никому!”