"Если бы не музыкальная карьера, могли бы стать врачом?", – спросили журналисты "пиккардийца" Андрей Шавала.
– Думаю, что да. Медицина интересна мне. Чрезвычайно уважаю врачей. Как и учителей. Эти две профессии – важнейшие и самые нужные. Кроме того думаю, что скорее всего зарегистрировал бы оффшор и занимался бизнесом. Практически на сто процентов уверен, что имел бы успех в этом деле.
– А еще вы могли бы отправиться в спортсмены или художники.
– Да. В школе посещал спортивные секции и неплохо рисовал. Но с детства и музыкой занимался. Как и мой младший брат Игорь. Он тоже музыкант: играет во Львове в военном оркестре.
– То, что двое братьев выбрали музыку, – влияние родителей?
– Наш отец был музыкантом-любителем. Но именно он привил нам с братом любовь к музыке. У нас дома был маленький семейный ансамбль: брат играл на трубе, я – на кларнете, отец – на баяне.
– В 1980-м вы с братом как участники духового детского оркестра "Орленок" побывали в Москве – приняли участие в записи программы "Шире круг" в "Останкино".
– Помню, как меня, подростка из Львова, из старой Левандовки, поразили масштабы Москвы. А ведь это еще был и год Олимпийских игр! Произвели на меня впечатление и размеры "Останкино" – мы записались с оркестром в огромной студии.
– Левандовка в те годы имела не лучшую славу. Вас "уголовные процессы" обошли?
– Да. Видимо, благодаря тому, что мы с братом занимались музыкой. Мы, конечно, видели все те "процессы": у них были втянуты соседи, одноклассники. Но мы настолько были заняты музыкой, почти ни на что не оставалось времени. Разве что на то, чтобы мяч со сверстниками погонять. Мы с Игорем были заняты даже в воскресенье: в этот день на "Сельмаше" проходили репетиции детского оркестра "Орленок".
