|
В Нижнем Новгороде власти обнаружили
одичавшего 13-летнего мальчика, растущего в семье родителей-алкоголиков. Он покрыт синяками и шрамами, почти не говорит, ест фрукты с кожурой и не помнит, когда последний раз был в душе. Подробности дела приводит газета “Комсомольская правда”. |
Супруги Барсуковы не работают,
промышляют собирательством на помойках
и пьют. 25 февраля один из соседей случайно
заглянул в квартиру Барсуковых. И увидел
одичавшего ребенка, затравленного и
грязного.
“Он больше на зверька дикого похож,
– сообщила старшая по дому Юлия Бржезинская.
– Когда ему соседи принесли банан, Женя
его прямо с кожурой начал есть”. Она
также сообщила, что голова мальчика
была полна вшей.
Соседи тут же вызвали скорую. Врачи
нашли множество синяков и шрамов на
теле ребенка. Кроме слова “да”,
сказать он ничего не мог. Трудно было
поверить и в то, что Евгению 13 лет.
Выглядит он на шесть-семь лет.
По словам некоторых соседей, Владимир
Барсуков грозился, что забьет сына до
смерти. И опустились родители мальчика
после смерти его бабушки.
Оказалось, еще год назад Барсуковы
жили вполне цивилизованно. Отец семейства
каждый день ходил на работу, мальчик –
в школу-интернат (он посещал там класс
для детей с умеренной отсталостью).
Бабушка Евгения, мать Любови Барсуковой,
поддерживала в семье порядок.
Бабушка Анна Павловна была труженицей
тыла, рассказала соседка. Правда, обижали
ее Барсуковы, но она особо не жаловалась.
А в прошлом году она умерла. Три дня труп
бабушки в квартире лежал, не могли
похоронить. Ее дочь говорила, что денег
нет и паспорт потеряли.
Когда бабушка умерла, родители тут же
ушли в запой, да так и не вернулись из
него. Три дня мальчик ходил вокруг тела
покойной и полуживых от выпитого
родителей. Когда трупный запах на
лестничной клетке стал невыносим, соседи
собрались и обратились на телевидение.
Анну Павловну удалось похоронить. Но с
тех пор родители мальчика не работают,
а Евгений не ходит в школу.
“Они все по помойкам побирались и
Женю с собой таскали. Женю с папой я
осенью последний раз видела. Я Женечку
угостила мандаринами. А он мне говорит:
“Я к вам хочу”, – рассказала соседка.
Осенью Евгения перестали выпускать
наружу. По данным газеты “Московский
комсомолец”, мальчик не покидал
квартиры в течение трех лет. В настоящее
время Евгений страдает тяжелой степенью
умственной отсталости, которая
усугубляется дневными эпилептическими
припадками.
“Он мог читать и писать, – говорит
старшая по дому, – а теперь разучился.
Мне за него страшно было: родители
напьются, уснут, а у него эпилептический
припадок случится. И никто не поможет”.
Кто должен был помочь ребенку, сейчас
выясняет прокуратура. В частности,
предстоит разобраться, почему органы
опеки и попечительства не исполняли
своих обязанностей по надзору за ребенком
и почему учителя школы-интерната не
заявили о пропаже мальчика из школы.
“В отношении должностных лиц органов
опеки проводится проверка, – сообщили
в прокуратуре Сормовского района. –
Также мы проверяем на признаки преступления
по халатности работников отдела по
делам несовершеннолетних и учителей
школы-интерната. В отношении родителей
мальчика возбуждено уголовное дело о
ненадлежащем исполнении родительских
обязанностей”.
Учителя школы-интерната не дают
комментариев журналистам. Но, как
отмечают последние, комментарии теперь
придется давать прокуратуре. “Почему
не заявили о том, что ребенок ходит с
синяками на лице и живет в условиях
антисанитарии с родителями-алкоголиками?”
– восклицает автор КП.
“Родители свои обязанности по
воспитанию и содержанию сына не исполняли,
мальчика не кормили и не одевали, не
следили за состоянием его здоровья, не
занимались его развитием и обучением”,
– рассказали в областном управлении СКП
РФ. “Распоряжением администрации
Сормовского района Нижнего Новгорода
принято решение об отобрании мальчика
из семьи и помещении его в больницу”,
– сообщили также в следственных органах.
