Цветаева в 1937/38 годах написала открытое
письмо, предназначенное для детского
журнала. Журнал так и не вышел в свет,
но текст письма прошел через многие
сердца.
Мы печатаем его полный текст. Может
быть, вам захочется прочитать его своим
детям.
“Милые дети!
Я никогда о вас отдельно не думаю: я
всегда думаю, что вы — люди или нелюди,
— как мы. Но говорят: что вы есть, что вы
— особая порода, еще поддающаяся
воздействию.
— Никогда не лейте зря воды,
потому что в эту же секунду из-за
отсутствия ее погибает в пустыне человек.
— Но оттого, что я не пролью этой воды,
ведь он ее не получит!
— Не получит, но на свете станет одним
бессмысленным преступлением меньше.
Потому же никогда не бросайте
хлеба, а увидите на улице, под
ногами, поднимите и положите на ближний
забор, ибо есть не только пустыни, где
умирают без воды, но и трущобы, где
умирают без хлеба. Может быть, этот хлеб
заметит голодный, и ему менее совестно
будет его взять так, чем с земли.
и если видите человека в смешном
положении: 1) постарайтесь его из него
извлечь, если же невозможно — 2) прыгайте
в него к человеку, как в воду, вдвоем
глупое положение делится пополам: по
половинке на каждого — или же на худой
конец — не видьте смешного в смешном!
Никогда не говорите, что так все
делают: все всегда плохо делают,
раз так охотно на них ссылаются! (NB! ряд
примеров, которые сейчас опускаю.) У
“всех” есть второе имя — никто, и
совсем нет лица — пробел. Ну а если вам
скажут: “Так никто не делает” (не
одевается, не думает и т. д.) — отвечайте:
“А я — кто!”
Не ссылайтесь на “немодно“,
а только на: “неблагородно”.
Не слишком сердитесь на родителей,
помните, что они были вами и вы будете
ими.
Кроме того, для вас они — родители,
для самих себя — я. Не исчерпывайте их
— их родительством.
Не осуждайте своих родителей нa смерть
раньше (своих) сорока лет. А тогда — рука
не поднимется!
Увидя на дороге камень — уберите,
представьте себе, что это вы бежите и
расшибаете себе нос; из сочувствия (хотя
бы себе — в другом!) уберите.
Не стесняйтесь уступить старшему
место в трамвае. Стыдитесь — не уступить!
Не отличайте себя от других
— в материальном. Другие — это тоже вы,
тот же вы. (Все одинаково хотят есть,
спать, сесть и т. д.)
Не торжествуйте победы над врагом.
Достаточно — сознания. После победы —
протяните руку.
Не отзывайтесь при других иронически
о близком (хотя бы даже о любимом
животном!); другие уйдут — свой останется.
Книгу листайте с верхнего угла
страницы. Почему? Потому что читают
не снизу вверх, а сверху вниз.
Это у вас должно быть в руке — как у
меня.
Доедая суп, наклоняйте тарелку к себе,
а не от себя к другому: чтобы в случае
беды пролить суп не на скатерть и не на
визави, а на собственные колени.
Когда вам будут говорить: “Это —
романтизм”, вы спросите: “Что такое
романтизм?” — и увидите, что никто не
знает; что люди берут в рот (и даже дерутся
им! и даже плюются! и запускают вам в
лоб!) — слово, смысла которого они не
знают.
Когда же окончательно убедитесь, что
не знают, сами отвечайте бессмертным
словом Жуковского:
— “Романтизм — это душа”.
